Продолжение терапевтических историй от Ирины Морозовской. Метафоры

Глава 3

Следующая история была придумана для моей подруги Л. А. -- молодого, талантливого врача-невропатолога, ведущего лечебную, научную и тренинговую работу. Л.А. пожаловалась мне на трудности совмещения разных видов своей деятельности, на нехватку времени, и попросила рассказать что-нибудь, что поможет ей всюду успевать.

Мне показалось, что, хотя ее притязания действительно велики, но талант и энергия, ей присущие, позволят их удовлетворить, если улучшить коммуникации между частями личности и расширить доступ к ресурсам. История была заказана и рассказана по междугороднему телефону (в город Уфа), поэтому была построена очень насыщенно и с задействованием не только аудиальных предикатов, а в равной степени и кинестетических, и визуальных. Поскольку у Л.А. хорошо развиты все репрезентативные системы, это не только облегчило мою задачу, но вообще сделало ее выполнимой.

Городская история

Жил-был огромный Город, промышленный и культурный центр огромного региона. Люди в нем жили суматошной, хлопотной жизнью в погоне за этой самой жизнью. Ведь в большом городе всегда столько развлечений и соблазнов, интересных и важных культурных событий, в которых хочется поучаствовать, работа, а то и не одна, чтобы прожить, и друзья, с которыми хочется встречаться, и многое-многое другое.

И большинство горожан массу сил и времени тратили на то, чтобы успеть совместить свои дела, и крутились, как белки в колесе. Осложняло ситуацию то, что Город образовался из нескольких поселков, слившихся в свое время между собой, и, постепенно разрастаясь, поглощал окрестные деревеньки. Но из-за особенностей местности, где эти поселки и деревни выросли около водоемов и в густых лесах, дороги между ними так и остались извилистыми.

И хотя их расширяли и асфальтировали, транспортные артерии явно не справлялись со своим делом, на них частенько возникали пробки, притом как раз в такое время, когда все торопились, и многие люди теряли много больше времени, чем это можно было, на и без того длинные переезды от жилья к работе и по другим делам, нервничали в пробках, теряли энергию, терпение, портили себе и другим настроение, опаздывали, подводили людей и дела, и успевали сделать много меньше, чем были способны и хотели. О транспортной напряженке много писали в местной прессе, люди ругали власти, власти, как всегда, жаловались на отсутствие средств и ресурсов для нормального решения такой крупной проблемы.

Наконец под давлением тучи писем и града жалоб был объявлен конкурс на лучший проект по разрешению транспортной проблемы. Среди нескольких проектов победу одержала работа группы молодых авторов, которые сами съезжались на работу с разных концов Города и очень хотели и место работы сохранить, и успевать на нее, и иметь время и силы для творчества. Предложенная ими идея была проста, как все гениальное. Это был проект линии метрополитена, пересекающей весь город, соединяющей самые отдаленные его концы, а своеобразие проекта было в том, что из вынутого из-под земли грунта спроектирована была насыпь, а на ней -- скоростная дорога.

Проект оказался более дорогим, чем мог позволить себе Город, но радикально и надолго решал транспортную проблему. И тогда авторы проекта в газетах и по телевидению обратились к горожанам: "Все, все, все, кто устал и измучен ежедневными непомерными переездами, все, кто хочет жить иначе, все, кто согласен приложить немного усилий к работе, которая позволит ему или ей всю жизнь жить лучше и успевать больше -- помогите на строительстве скоростной дороги и пешеходных дорожек при ней. Город в состоянии предоставить технику и материалы, но все остальные ресурсы его пойдут на строительство метрополитена".

Оказалось, что рассчитанная по уму линия метро не перекрывает и не задевает старых дорог: они были извилистыми и проходили по низинам, а новая дорога была задумана напрямик. Но по старым дорогам очень легко было добраться до нее из любого места в Городе. Вскоре зашумели машины, вгрызавшиеся в почву. И возникли холмы вырытой ими сырой земли, с которой можно было работать. Для строительства надземной дороги нужно было где-то возвести насыпь, где-то вырубить лес или засыпать болотце, и все это могли сделать добровольцы под руководством немногих профессионалов. И этими руководителями стали авторы всего проекта.

И люди потянулись им на помощь, многие со своим инструментом -- тем, чем работали в домах и на участках при доме, а то и на работе. Первый из участков дороги строился дольше, чем последующие, но оказался на диво красиво и тщательно отделан. Пешеходные дорожки вокруг скоростной дороги были обустроены скамеечками с резьбой по дереву и деревянными скульптурами -- на них пошли деревья из просек, сделанных при прокладке дороги. Жителям тех районов, куда переходило постепенно и последовательно строительство дороги, было уже просто невозможно сделать свой участок хуже. Началось даже соревнование за красоту и оригинальность дизайна своих участков, за оформление этих решений -- простое, удобное и радующее глаз.

И каждый район находил свое -- в зависимости и от рельефа и от традиций, но генеральная линия -- скорость, простота и удобство, подобная по прямоте дороге, которую они строили, оставалась неизменной. Притом каждый последующий участок строился быстрее предыдущего -- сказывался накопленный и переданный опыт. Так что строительство дороги пошло споро, приезжали помогать и жители районов, уже закончившие и сдавшие свой участок, но втянувшиеся в работу всерьез, тем более, что добраться они могли гораздо быстрее по уже построенной части дороги. И завершено строительство было одновременно с линией метрополитена, а пущены они были в один день, и день этот стал большим праздником для всего Города. Вскоре бесследно рассосались транспортные пробки, и многие жители обнаружили кусочек свободного времени.

Они шли гулять туда, где столько поработали, и теперь с удовольствием прогуливались по красивым дорожкам, заботливо устроенным так, чтобы гуляющих не обдавало выхлопными газами проезжающих рядом синих троллейбусов, желтых и красных автобусов и ярких разноцветных машин, любовались с возвышенности непривычным видом на Город. И оказалось, что открывающийся с дороги вид прекрасен и позволяет увидеть то, что не было видно раньше -- панораму Города, как расположившихся среди лесков и озер зданий и районов -- синие озерца и речки, все оттенки зеленого весной и летом и желтого и красного зимой в лесопарках, меняющиеся много раз во время заката и восхода. Но увидеть и оценить это раньше они не могли и из-за отсутствия мест для такого обзора и из-за нехватки времени для пеших прогулок.

А начав гулять, люди получают от этого удовольствие, становятся менее нервными и напряженными, более спокойными и приветливыми. И очень быстро у Горожан возникли новые привычки -- тот, кто очень торопится, едет на метро, тот, у кого времени больше, едет поверху, на автобусе или машине, а тот, кто не торопится и кому недалеко -- идет пешком. И теперь у Горожан гораздо больше времени для разных дел и отдыха, они меньше устают, а успевают при этом гораздо больше прежнего. Многие смогли заняться чем-то таким, о чем давно мечтали, но не могли себе позволить из-за нехватки времени и сил. Город работает и отдыхает, живет полной и радостной жизнью. А авторы проекта, воплощение которого так изменило жизнь Города, сейчас работают над чем-то другим, столь же талантливым. Кажется, придумывают воздушную дорогу.

Комментарий к истории

В этой истории клиентка имела возможность отождествления с мегаполисом, в котором есть и ресурсы и возможности, которые остаются неиспользованными и зачастую невостребованными из-за проблем с внутренней коммуникацией. Проблемы такого рода, по моим наблюдениям, гораздо чаще встречаются у экстравертов, нежели у интравертов, а Л.А. -- яркий экстраверт огромной энергичности и немалых разнообразных талантов. Разница в выборе субъекта истории -- небольшого городка в первой и огромного урбанизированного конгломерата во второй -- была для меня не случайной, а обусловленной моим восприятием личностей клиентов.

При сочинении истории были использованы несколько специальных приемов. Метафора работы по прокладке коммуникаций одновременно над и под землей стимулировала и сознательные и подсознательные процессы реорганизации собственных ресурсов клиентки. И не зря история практически не затрагивала подробностей подземных работ -- подсознание само знает, как ему сделать эту работу. Постулировалось также наличие у личности активной и творческой части (и не одной), способной не только найти пути решения проблемы, но и возглавить их осуществление. Необходимые для этого ресурсы могли изначально быть далеки друг от друга. (В метафоре -- группа авторов разных специальностей, вынужденных съезжаться издалека.)

Разумно было для сохранения и поддержания такой ценной части дать ей по окончании основной работы неспецифические инструкции о дальнейшем функционировании (новый проект). Также умышленно при описании трудностей и неприятностей употреблялось прошедшее время, а позитивных изменений -- настоящее. Уделено было внимание и увязыванию в одно и то же решение не только деловых и производственных, но и культурных, духовных и эстетических потребностей. Структура метафоры предусмотрела одновременную работу по всем вышеупомянутым проблемам.

Такая история с небольшими изменениями и дополнениями может использоваться и в других случаях для улучшения доступа к ресурсам, повышения уровня самоорганизации и осознанности клиента. При этом рекомендую до рассказа присоединение к клиенту на дыхании, а в первой половине истории увеличение количеcтва предикатов, соответствующих предпочитаемой репрезентативной системе клиента. Судя по тому, что когда я позвонила Л.А., чтобы осведомиться о последних успехах, она была на научной конференции в Испании, а незадолго перед тем -- в Лондоне, и по ее собственным отзывам, действие истории сказалось даже шире и глубже, чем предполагалось в заказе. Произошел процесс генерализации достигнутого в разные области жизни и быта.

Я с удовольствием и восхищением отношусь к ее разнообразным успехам на разных поприщах. Хотя мне казалось, что эта история будет созвучна и близка только жителям стран СНГ, мой знакомый психолог -- израильтянин -- взял ее для работы, пояснив, что все это -- про них тоже. И правда, в пробках на шоссе Израиля мне самой пришлось провести немало времени.

Глава 4

История воскресшего колокола

Жил да был Работяга Звонкий Колокол, и трудился он на очень высоком ответственном посту, на свежем воздухе - Колоколом. Больше всего на свете любил он звонить. И со своей колокольни видел многое и очень охотно пел об этом. Так легко ему было звенеть на разные голоса по разным поводам, так радостно, и такое приятное ощущение растекалось от языка, внутри -- звенящим теплом, и снаружи -- серебряными звуками.

И ощущал себя он легким, почти невесомым в своей вышине, как и его голос, хотя был он довольно большим Колоколом. Он умел отзываться на малейшее движение, разговаривать и петь разными голосами и всегда находил самую точную интонацию. Голос его был чист, то весел, то грустен, а мог быть одновременно как будто множеством Колоколов с разными настроениями и характерами. Долгое время он радовал своих слушателей и радовался сам, всему, что так хорошо у него получалось.

Рассказы Колокола обо всем, что он видел со своей колокольни давно стали важной частью жизни Города, хотя вряд ли кто из привыкших к его разговорам и воспринимавших их, как должное, отдавал себе в этом отчет. Да и зачем, когда все шло хорошо, как следует. Это продолжалось так долго, что даже в металле начала накапливаться усталость, он ощущал свою возраставшую тяжесть и двигался все труднее. Хотя звон его был по-прежнему чист, в нем начали проскальзывать глухие жалобные ноты. Он призадумался об отдыхе.

А каждая мысль Колокола, как известно, немедленно обращается в звук. И как бы в ответ на эти мысли в звуке, то ли мыши перегрызли веревку, то ли она сама перетерлась от тяжких трудов... Колокол и сам не понял, отчего Земля так стремительно приблизилась к нему, и что от этого произошло. И как это он разделился на несколько разных частей, лежащих рядом, зарывшихся в грунт и неспособных более к разговору. Сбежались отовсюду люди, ужаснулись и посочувствовали, вспомнили, как долго Колокол справлялся со своей работой наверху один.

А теперь он, совершенно беспомощный и разбитый, валялся у их ног кучей металлолома. Потом приехала большая скрипучая повозка, за куски колокола взялись сильные руки, погрузили все и куда-то повезли. Места, в которое его привезли, он никогда не видел со своей Колокольни. Там было много огня и жара. И когда его тело, погруженное в одну из печей, растеклось светящейся лужицей, он забылся от всего этого ужаса. Очнулся он, остывая в новой темной и тихой форме. Вскоре добрые руки освободили его от этой одежки, отшлифовали и отполировали до блеска и отвезли на родную Колокольню.

Теперь он выглядел немного иначе - очертания стали более стройными, четкими и современными. Изменились рисунки и надписи. А Солнце весело разбрызгивало зайчики от его боков. И голос стал даже глубже, звонче и сильнее. Колокол чувствовал себя таким обновленным и юным, и щедро делился этой радостью со всеми слушателями. И все было так хорошо, как вдруг (такое всегда -- вдруг) началась война. Первые дни колокол созывал всех, надрываясь и хрипя круглые сутки, предупреждал и ободрял. А потом все куда-то делись. Несколько дней он молчал. А потом к нему поднялись люди, привел их последний его звонарь, надежный друг.

Он сказал Колоколу: "Знаешь, мы оба нужнее сейчас там, внизу. И ты не будешь Колоколом, а я - звонарем, пока к нам снова не возвратится мир. Пошли со мной, мы останемся вместе". Заскрипели веревки, бережно опускавшие Колокол, и уже знакомой дорогой он приехал в царство огня и жара. Так работяга Звонкий Колокол стал работягой Звонкой Пушкой. А его звонарь - бомбардиром. Работать приходилось куда больше, чем Колоколом - и днем и ночью. С какой легкостью красавица-Пушка посылала вперед тяжелые ядра. И всегда попадала в цель. Они потемнели, они охрипли. Но и в хриплом грохоте выстрела слышались отголоски набата.

От этого звука улыбались друзья Колокола и бежали враги. Пушка и бомбардир хрипло хохотали выстрелами им вслед. Они не промахивались, но и в них не раз попадали и больно жалили злые осколки. Но удары только прибавляли им отчаянного рвения. Вперед - это слово стало главным. Никогда не думал Колокол, что увидит столько разных мест. Ему всегда казалось, что и с Колокольни многое видно. И только в этом путешествии он обнаружил, сколько разных и по-своему прекрасных мест вокруг. Путешествие на лафете преобразило его взгляды на мир. И они дошли до самых его границ.

И, немного покореженные, но - Победители! - вернулись домой. Жаркое место с печами показалось уже хорошо знакомым и родным. И Пушка-Колокол легко расслабились полностью, и сладко заснули с мыслью -- "Интересно, какими мы проснемся?". Сны были глубокими и певучими. Пробудившись они обнаружили себя опять Колоколом. Самого прекрасного облика, какой только может быть. Украшенный изображениями и описаниями его прежних боевых подвигов.

А Голос его стал еще богаче и разносился еще дальше. Теперь он любил поговорить не только о текущих делах и происходящем с точки зрения колокольни. Он рассказывал о путешествиях и битвах, о поражениях и Победе. И о том, что все возвращается на круги своя, и он вернулся - умудренный опытом, побывавший в разных переделках. Живой и невредимый. Цельный и Целостный. И как хорошо быть таким,как спокойно и уютно на своей Колокольне. Как здорово, что все это было, было и прошло. А то, что сейчас, что осталось, есть и будет - это Музыка. Как сказал один старый Призрак в опере "Только Любовь и Музыка - Вечны". Об этом он звонит и сейчас. Слышите, правда?

Комментарий

История эта помогает людям с предпочитаемой кинестетической модальностью и хорошо развитой аудиальной. Работает после перенесенных травм, которые описываются рассказами об ощущениях тяжести, разбитости, потери целостности и утраты смысла. Действенна и при депрессиях и после автомобильной аварии. История рассказывает о серии последовательных трансформаций, при которых сохраняется или может быть восстановлено некое важное и фундаментальное качество.

Причины, по которым необходимы изменения формы, могут быть самыми разными, но делятся на две большие группы: внутренние (в истории - накопившаяся усталость) и внешние (в истории -- вражеское нашествие). Таким образом, к первой группе относятся депрессии, а ко второй -- физические травмы, впрочем, случаются сочетания первых и вторых и еще каких-либо третьих и четвертых. Разумеется, число превращений в истории можно и уменьшать и увеличивать сообразно личной истории слушателя, а также расцвечивать конкретными реалиями.

Главное - идея возможности полного восстановления целостности и улучшения качеств, независимо от причин и степени травм. Период восстановления намеренно описан бессознательным и безболезненным (забытье, расслабление и сон). Конечно, для таких случаев предполагается и некая доброжелательная помощь заинтересованных посторонних лиц. В истории они не акцентированы, но терапевт может добавить краски, позволяющие провести параллели между образами помощников и близкими клиента, да и собой. История эта была создана в порядке самообслуживания, когда я оклемывалась от прицельной серии ударов судьбы и спортивных поражений.

Как назло, рядом не было никого из тех, кто всегда приходил на помощь, и возник вопрос: "Что бы я рассказала себе, как тяжелой, вредной и требовательной клиентке?". И рассказала, упаковав в эту историю всяческие пожелания себе, в том числе в отношении трудолюбия и оптимизма. Реальные события того периода складывались куда как хуже сказочных (что и потребовало приведения себя в порядок), но сказка несомненно помогла мне справиться с последствиями без осложнений и застреваний.

А также подготовила к будущим турнирным перипетиям, позволив стать Пушкой, когда потребовалось. В последующий турнирный период съемок телеигр мое состояние было не то чтобы радостным, но вполне адекватным возникавшим ситуациям, то есть на войне, как на войне. Теперь я охотно пользуюсь этой историей в случаях депрессий и самых разных травм, и довольна результатами. Значительное место в моей терапевтической работе занимают не оригинальные авторские истории, а переделки сказок, мифов, известных и любимых клиентом сюжетов.

Если в предварительной беседе выяснен тип сценария клиента и его литературно-художественные предпочтения, история на базе мультика (предпочтительнее для визуалов), сказки или научной фантастики строится гораздо быстрее и дает немалый простор для терапевтического воздействия на подсознание в то время, как сознание клиента увлеченно следует за новшествами, пополняющими знакомый и любимый сюжет, и нововведения эти созвучно перекликаются с реалиями его собственной жизни, и все, конечно же, хорошо кончается.

Любимыми сюжетами для переделок у меня являются сказки о трансформациях и волшебных превращениях: "Царевна-лягушка", "Аленький цветочек", "Гадкий утенок", "Золушка" и другие, в которых присутствует мотив быстрых и радикальных изменений к лучшему. После рассказывания терапевтической истории такого рода быстрее и эффективнее оказывается работа по корректировке сценария, если клиент и в этом нуждается. К моему удивлению оказалось, что весьма взрослые люди по достигаемым ими изменениям не уступают детям 9-12 лет.

Заключение

Эта работа - небольшой, но, по-моему, показательный кусочек сделанного мной за последние два года в области Эриксонианской недирективной терапии. Результаты этой терапии позволяют считать терапевтическую метафору одним из лучших инструментов психотерапии, психокоррекции и средством для личностного и творческого роста и саморазвития клиентов. Конечно, метафора становится еще эффективней в сочетании с другими, самыми разнообразными методами психологической работы.

Но и сама по себе она является настолько простым, доступным и безболезненным методом воздействия, что не вызывает сопротивления и работает продолжительное время после встречи с терапевтом, образуя позитивные самоподдерживающиеся структуры, лишь отчасти осознаваемые клиентом, а в основном являющиеся достоянием подсознания.

Терапевтическая метафора не имеет ни ограничений, ни нежелательных побочных последствий для своего применения, может помочь в критических экстренных ситуациях, и для меня является своего рода "волшебной палочкой", само соприкосновение с которой способно творить чудеса. И чем больше творчества вошло в ее составление, тем больше чудес можно ожидать в результате.

В настоящее время многие мои клиенты и друзья могут это подтвердить.

[ Терапевтические истории Ирины Морозовской ]

Ирина Морозовская

Смотрите также:

У нас также читают:

К сведению
Наши партнеры

кеды со скидкой официальный сайт

Рак легкого 3 стадии прогноз: прочитайте подробнее в статьях Европейской клиники.

Форум о пластической хирургии prof-medicina.ru